Перевоплощение Валуева
"Каменная башка" - так называется новый фильм (продюсер - Сергей Сельянов, режиссер - Филипп Янковский), который в ближайшие дни выходит на экраны. Событие нетривиальное, ведь в главной роли боксера Егора Головина снялся чемпион мира по версии WBA в тяжелом весе Николай Валуев.
Корреспондент "СЭ" встретился с Валуевым, чтобы узнать, как чемпион "дошел до жизни такой". А чтобы не ходить вокруг да около, сразу спросил о главном:
- Николай, каково было перевоплощаться?
- Нелегко. Самым тяжелым было изображать болезненное состояние моего героя. Посмотрите фильм и поймете, о чем я говорю. Там было много крупных планов, мои глаза показывали, и все время требовалось изображать отрешенность, болезненный уход Егора в себя. Все это совершенно не похоже на меня.
- Ну, да: печаль не ваша подруга, насколько я знаю.
- Верно. Я люблю и похохмить, и подурачиться, а тут все время нужно было изображать человека, совершенно замкнувшегося в себе. Вы еще учтите, что мне все это приходилось делать в первый раз.
- И, насколько я понял, это не фильм-действие, то есть, в отличие, скажем, от Шварценеггера вы начали свою карьеру сразу с драматической роли, а не "беги - стреляй"?
- Строго говоря, я снимался и раньше, но, во-первых, это были эпизодические роли, а во-вторых, там-то все как раз сводилось по сути к действию, что изображать куда проще. А здесь надо было показать внутренний мир человека, не похожего на меня, потерявшего в аварии жену и получившего в той же аварии тяжелую травму головного мозга. Здесь мне приходилось быть совершенно другим человеком.
Боксер Егор, герой этого фильма, и Николай Валуев - совершенно разные люди. Общего у них - только профессия и то, что нас называли похоже. У него кличка Башка, а меня в детстве называли Головой. Егор почти все время пребывает в состоянии полной отрешенности, и дело здесь, конечно, не только в травме. Просто он такой человек. Я бы так не смог, так как по характеру - куда более динамичный. Если я даже становлюсь иногда отрешенным, мне надо себя как-то вспарывать, потому что это не мое нормальное состояние, а значит, из него надо выходить как можно быстрее.
- Как я понимаю из вашего рассказа, этот фильм нельзя в полном смысле назвать спортивным.
- Собственно о спорте там вот такусенький кусочек. То, что главный герой - боксер, это ведь еще не делает фильм спортивным, правда?
- Наш выдающийся режиссер Алексей Герман-старший снимал непрофессиональных актеров и говорил, если не ошибаюсь, что они почти все могут сыграть, но, как правило, не могут менять состояние в кадре. Были ли у вас эпизоды, где вам это приходилось делать, и как вы, по собственному мнению, с этим справились?
- То есть, когда в сцене что-то происходит и надо перейти от одного состояния к другому, скажем, от печали к радости или наоборот? Мне приходилось это делать. Такие моменты в фильме были, но насколько это мне удалось, смогу сказать только после просмотра. Да и не я, вообще-то, должен это говорить, а специалисты. Ну, а в конечном итоге, это сможет сказать только зритель. Он ведь главный критик, и это не просто слова. Критики могут сказать одно, а зритель решит по-своему. Ему не прикажешь.
- Критикам тоже не прикажешь. Вы не боитесь такого варианта, что они вас заклюют, причем не потому, что вы сыграли что-то не так, а потому что они сами не смогут избавиться от предвзятости по отношению к вам? Заранее решат, что "этот боксер ничего не сможет сыграть" и не откажутся от своего мнения, даже если увидят обратное, просто из снобизма.
- Конечно, такая опасность есть. Более того, такие люди обязательно будут, но я надеюсь, что они не составят большинство. Все-таки мне должно помочь то, что сценарий писался конкретно под меня, боксера Николая Валуева. Они не будут слишком предвзято ко мне относиться, потому что они придут смотреть фильм о боксере. И делу совсем не помешает то, что герой списан отнюдь не с меня, так как он мне понятен, и я тоже боксер.
- Вы все время подчеркиваете, что между вами и вашим героем лежит большая дистанция. А вам понравилось играть человека, который на вас не очень-то и похож, проживать как бы его жизнь?
- Ну, в чем-то он мне и близок. Егор нравится мне, например, тем, что он надежен. Прежде всего, надежен для своей женщины. Не хочу себя хвалить, но мне кажется, что в этом мы с ним похожи. Если бы он был другим, не факт, что я бы согласился его играть. Но в своей основе - это действительно другой человек. Однако по прошествии нескольких съемочных дней я на самом деле начал вживаться в образ Егора, и с каждым разом мне становилось все легче входить в него.
Тут еще очень помог подход режиссера Филиппа Янковского: он снимал сцены, идя от простой к сложной. В результате я как бы поднимался по ступенькам. Хотя одну из самых трудных сцен, где я предлагаю героине Оксаны Фандеры выйти за меня замуж, родить ребенка и так далее, мы снимали в начале.
- Раз уж мы подошли к такой сцене, то скажите, легко ли вам давалось взаимодействие с другими актерами?
- Никаких проблем. Олег Сорокин - вообще мой друг. Когда мне предлагают сниматься, а я знаю, что не смогу, я всегда предлагаю Олега как подходящего по фактуре. Он снимался, и снимался удачно: у Бортко и в "Антидури" в первой части, сейчас планируют снимать вторую. С Егором Пазенко, который играет менеджера моего противника Кривули, отношения тоже сложились замечательные. То же самое могу сказать и о Виталии Кищенко, который играл моего менеджера Наиля. Ему приходилось особенно тяжело. Он приезжал со съемки на съемку, часто уставший. Правда, кажется, и у Пазенко была такая же ситуация.
С Оксаной Фандерой никаких проблем не было. Наоборот, она мне очень помогала, советовала, подсказывала. Мастер сцены из Петербурга Кирилл Леонидович тоже всегда был рядом, помогал практически в каждой сцене, которую мы с ним проигрывали и проговаривали. В общем, без помощи меня не оставляли. Ну и, конечно, режиссер Филипп Янковский очень помогал.
Мне еще очень приятно было и то, что некоторые вещи, которые я предложил, были использованы. Вообще, кино - потрясающая вещь. Я сам видел, как из нескольких дублей собирается один эпизод. Из одного дубля берется одно, из другого - другое. Это невероятно. Я ребятам говорю: "Да вы же людей обманываете!" Они отвечают: "Это не театр. Это кино. Мы можем все".
- Был какой-то эпизод, который потребовал особенно большого количества дублей?
- Да, был. Причем, совершенно неожиданный. Чтобы объяснить, что там происходит, нужно пересказать весь фильм, но внешне он очень простой. Это когда Егор в ванной берет зубную щетку и смотрит на нее то так, то эдак. Вроде, ничего сложного, но я даже не могу сказать, сколько дублей мы там сняли. Десять? Пятнадцать? Режиссеру все что-то не нравилось.
А самым трудным именно в смысле актерской работы был эпизод с Оксаной Фандерой в коридоре, когда она фактически во всем признается Егору. Мне как непрофессиональному актеру было очень трудно прожить тот момент в душе Егора. Особенно потому, что пришлось играть хоть и с очень красивой, но чужой для меня женщиной. Именно поэтому я попросил, чтобы в фильме не было интимных сцен.
- Вы много рассказали о том, как научились входить в образ своего героя. А проблема выйти из образа была?
- Как сказать… Выходил из образа я очень быстро, потому что уставал от него. Все-таки мало у нас общего. Кроме того, человека в болезненном состоянии играть вообще трудно. Помню, я еще с нетерпением ждал сцены, которой завершается фильм. Это такой наплыв из прошлого, когда Егор, еще молодой, готовится к выходу на ринг, потом идет туда… Эту сцену мы снимали уже после моего реального боя с Сергеем Ляховичем… Здесь мне практически ничего играть не надо было. Только парик нацепили, чтобы было наглядно видно, что Егор здесь намного моложе, чем в основном действии фильма. Здесь я просто был собой, нормальным адекватным человеком, боксером, который идет на ринг.
- Чувствуете ли вы себя готовым к новым фильмам, новым ролям?
- Прежде всего, я должен посмотреть фильм, потом узнать реакцию на него рядового зрителя, что произойдет гораздо позже, и только тогда я смогу понять, стоит ли мне этим заниматься. Но тут ведь еще все зависит от того, поступят ли мне новые предложения сниматься, а если поступят, то какие. Я ведь человек с определенным именем, с определенным имиджем, на создание которых ушло много лет, и я не могу соглашаться на все подряд. Не могу себе позволить, чтобы меня стали отождествлять, допустим, с каким-нибудь отрицательным героем, которого я сыграю. А так ведь обычно и происходит. Но у меня есть другая карьера, которой актерская не должна навредить.
- Я знаю, что у вас были и предложения от зарубежных компаний.
- Были. В том числе и из Голливуда, но я все-таки боксом занимаюсь. Когда пришло то предложение, я как раз готовился к бою, и от него пришлось отказаться.
Александр БЕЛЕНЬКИЙ
http://news.sport-express.ru/online/nte ... 56723.html
По сценам сражений в общем ничего так.. мона зачёт поставить.... 
А кроме того - мне просто сама личность Колчака интересна - он ведь был Верховным правителем России со столицей в Омске - у нас, в Сибири... 
