где Иоанн Павел II совершил, возможно, самый трудный и самый ответственный шаг за без малого 22 года своего понтификата. Впервые в истории Папа Римский не просто покаялся в тяжких грехах Церкви, но признал драматическое противоречие: христиане, вся жизнь которых должна быть проникнута светлой любовью к ближнему, в прошлом не раз нарушали этот евангельский завет, утверждая величие своей веры жестокостью и насилием, которые несовместимы с учением Христа.
Конечно, Папа, смиренно преклонивший колени перед древним деревянным распятием из церкви Сан-Марчелло-аль-Корсо, просил прощения у Господа и только у Него. Но сам ход торжественной мессы и ее подчеркнуто публичное измерение не оставляли никаких сомнений в том, что понтифик обращается к каждому верующему, призывая его к глубокому покаянию. "Один из характерных элементов Великого Юбилея состоит в том, что я определил его как очищение памяти, - подчеркнул Иоанн Павел II. - Как преемник Апостола Петра в этом году милосердия я попросил Церковь встать на колени и попросить прощения за прошлые и нынешние грехи своих детей. Мы прощаем и просим прощения".
Центральным моментом богослужения, на котором присутствовали практически все куриальные иерархи, несомненно, стала церемония, в ходе которой пять кардиналов и два архиепископа поочередно огласили семь главных грехов Церкви, каждый раз зажигая одну из свечей установленного на алтаре семисвечника. Религиозные войны, крестовые походы и костры инквизиции; церковные расколы; "презрение, акты враждебности и умолчания" по отношению к евреям; насильственная евангелизация Америки; дискриминация женщин, некоторых рас и наций; проявления социальной и экономической несправедливости и, наконец, отход от самого духа Евангелия. Этот длинный список прегрешений Церкви был составлен специальной Международной теологической комиссией, созданной в преддверии 2000-летия христианства по личному указанию Иоанна Павла II.
Не секрет, что вся деятельность комиссии сопровождалась ожесточенной борьбой за каждое положение, за каждую формулировку, поскольку многие церковные иерархи опасались, что признание серьезных ошибок прошлого может сыграть на руку врагам Церкви, и оказывали откровенное противодействие папской идее "очищения памяти". Тем не менее 79-летний Кароль Войтыла, вдохновленный своей провиденциальной миссией по введению Церкви в третье тысячелетие, настоял на своем. В итоге на свет появился документ "Память и примирение: Церковь и грехи прошлого", который на прошлой неделе представил сам префект могущественной Конгрегации по вопросам вероучения (некогда Священной инквизиции) Йозеф Ратцингер. Влиятельнейший кардинал подчеркнул, что в год Великого Юбилея "признание совершенных ошибок позволит христианам не чувствовать себя героями и тем самым поможет обновлению для продолжения евангелизации мира".
Впрочем, даже с этой довольно своеобразной интерпретацией папского месседжа согласны далеко не все представители Римской курии. Само собой не будет недостатка и в критике со стороны. Скажем, знаменитый опальный богослов Ханс Кюнг поспешил заявить, что "ватиканская инквизиция до сих пор жива", а "многие теологи и епископы подвергались преследованиям со стороны нынешнего Папы". С другой стороны, ряд видных раввинов, в целом положительно оценив инициативу понтифика, тут же попеняли ему за отсутствие прямого осуждения Холокоста.
"Перед лицом атеизма, религиозного равнодушия, секуляризации, этического релятивизма, неуважения права на жизнь, безучастности к бедности многих стран мы не можем не поставить вопрос о собственной ответственности", - провозгласил Папа во время проповеди в Соборе Святого Петра. А затем пятикратно произнес "Никогда более!" - нарушению заповеди о любви к ближнему, действиям, направленным против общности Церкви, оскорблению любых народов, применению логики насилия, дискриминации и притеснению бедных.
Без преувеличения можно сказать, что "mea culpa" Войтылы венчает собой нынешний понтификат. Не случайно ведь именно Иоанн Павел II стал первым Папой, посетившим синагогу. Это он у печей Освенцима подверг критике поведение католиков в годы Второй мировой войны. Это он в Сенегале просил прощения за мучения африканских рабов, в Париже каялся, вспоминал истребление гугенотов, а в Праге отдавал должное погибшему на костре инквизиции Яну Гусу. Папа Римский убежден, что в третье тысячелетие Церковь сможет войти, лишь "очистив память" и покаявшись.
И были случаи, когда глава церкви, прилюдно, каялся в своих ошибках? 
